На границе империй. Том 9 [СИ] - INDIGO

— Где мы?

— На станции.

— Я вижу. На какой?

— Скоро всё узнаешь.

Нас развели по разным кабинетам. Меня завели в кабинет, на двери надпись «Допросная» и пристегнули к стулу, намертво прикреплённому к полу. Яркий свет сильно давил на глаза, и мне было тяжело рассмотреть, кто передо мной. По силуэту вроде женщина.

— Так-так, рассказывай, как в плен попал?

Точно женщина.

— Понятия не имею.

— Что это значит?

— Значит, что я не помню, я память потерял.

— Стерли?

— Не знаю, мне сказали, что это повреждения нейросети в результате взрыва.

— Ну это мы можем легко проверить.

— Проверяйте.

— Что помнишь?

— Камеру, коридор и медсекцию.

— Где это было?

— Понятия не имею. Станция вроде какая-то.

— О чём говорили?

— Кто?

— Персонал станции.

— При мне ни о чём. «Залезай в капсулу» — вот и все их слова.

— Что ещё можешь рассказать?

— Ничего, я же сказал, ничего не помню, практически.

— Хорошо, иди в камеру.

— За что в камеру? Я же ничего не сделал.

— Если ничего не сделал, разберёмся и отпустим.

Почувствовал, как пришёл охранник за спиной. Подошёл и отстегнул меня от стула.

— Пошли.

Мы вышли из допросной, прошли по коридору и опять камера на двоих. В такой же точно я сидел в СБ когда-то давно. Кроме меня в ней никого не оказалось. Сутки я просидел в ней один, пока не пришёл снова охранник, но теперь другой.

— Выходи!

Надел ботинки и вышел из камеры. Думал, снова на допрос, но мы пошли в другую сторону — оказалось, в медцентр. Внутри меня уже ждал док и как обычно услышал: «Раздевайся и залезай». Когда открылась крышка, услышал как всегда: «Одевайся». Когда уже почти оделся, он спросил:

— Что помнишь?

— Ничего, иногда всплывают какие-то фрагменты.

— Сны видишь?

— Да, в них в основном и вижу фрагменты.

— Понятно. Всё, уводи.

Охранник стоял рядом и ждал меня. Мы вернулись обратно в камеру. На следующий день я опять оказался на допросе у этой дамочки.

— Ты почему мне врал?

— Вы что-то перепутали, я не врал.

— Ну как, ты мне сказал, что ничего не помнишь, а доктору, что вспоминаешь постепенно.

— Я сказал, что иногда всплывают какие-то фрагменты.

— Ну вот, а говоришь не помнишь.

— Говорю же, что не помню, всплывают какие-то небольшие фрагменты из памяти.

— О чём они?

— О моей работе на корабле.

— На каком корабле?

— Я не помню на каком.

— Что за конкретные фрагменты ты помнишь?

— Вроде я что-то ремонтирую, но что — не помню.

— Почему ты решил, что это корабль, а не станция?

— Не знаю, может и станция.

— По-моему, ты мне врёшь.

— Зачем мне врать?

— Скрыть пытаешься, как сдался врагу.

— Говорю же, я не помню ничего.

— Ладно, иди в камеру, будем с тобой дальше разбираться.

Опять начались дни в камере и снова сухие пайки и вода. Хорошо, что в этот раз у меня часы на нейросети работали. Прошло пять дней и последовал новый допрос.

— Ну что, не надумал рассказать о себе, кто ты такой?

— Я уже в который раз повторяю — не помню.

— Рассказывай, откуда у тебя эта нейросеть?

— В плену поставили, сказали, что вместо повреждённой.

— Доктор сказал, что видит такую впервые. Что это за нейросеть?

— Повторяю, я не знаю, мне там такую поставили.

— За какие такие заслуги они тебе её поставили?

— Меня никто не спрашивал, хочу я её или нет. Просто установили её без моего согласия.

— Ладно, иди в камеру и подумай.

Прошла ещё неделя ожидания. Меня больше не дергали на допросы, но на второй день у меня появился напарник по камере. Звали его Нил — так он представился, когда зашёл. Я сдуру в ответ чуть не ляпнул Алекс, настолько уже привык к этому имени.

— Нил.

— Блез.

— Давно ты здесь сидишь?

— Почти две недели.

— За что сидишь?

— Сам бы хотел знать, за что меня здесь держат. А тебя за что?

— Да так, подрался немного в баре.

Посмотрел на его руки — без повреждений. Ну да, сказочник, так я и поверил, что ты подрался, и ни одной ссадины на руках. Похоже, подсадной.

— Что не поделил?

— Девушку.

— Красивая?

— Да.

— Везёт, я уже скоро забуду, как они выглядят.

— Ты вообще кто по специальности?

— Техник вроде.

— Почему вроде?

— Не помню я ничего, память потерял.

— Что, совсем ничего не помнишь?

— Только то, что было в последние месяцы.

— Что было?

— Да всё, как и тут: камера, коридор, допросная или медсекция. Выкупился из плена, а здесь то же самое.

— Да, не повезло тебе, бывает.

Отвернулся к стенке и замолчал. Мне надоел этот допрос. Хотя он несколько раз пытался продолжить разговор. Через несколько часов он ушёл. Перед выходом меня спросил:

— Может, кому что передать?

— Некому передавать.

— Как хочешь.

Он ушёл и опять потянулись дни в одиночестве. На шестой день меня снова вывели из камеры, думал, на очередной допрос. Но нет, завели в другой кабинет. Здесь большой стол, за ним сидели трое аварцев. Передо мной как обычно располагался стул, прикреплённый к полу.

— Садись, — сказала мне женщина-аварка, находившаяся справа от доктора, который меня осматривал в медцентре, сам он находился в середине стола. По голосу я её узнал, именно она меня допрашивала. Слева от доктора сидел ещё один аварец, и, похоже, он был главным во всей этой компании. Они все без знаков различия, но он был самым старшим у них по возрасту. Я сел на стул, и он начал разговор:

— Знаешь, что это?

Глава 8

Засветился экран на стене сбоку от меня, и появилось изображение технического дроида.

— Технический дроид, вроде.

— Модель знаешь?

— Знаю, наверное, но не помню точно.

— Это что?

Появилось изображение